На протяжении большей части последних двух лет публичные компании соревновались в привлечении капитала для покупки BTC и позиционировали себя как альтернативу с кредитным плечом прямому владению активом.

Какое-то время модель работала весьма многообещающе, и их акции спокойно торговались выше стоимости BTC на их балансах. Некоторые из них выросли в разы за считанные месяцы. Однако бессмертная песня Scorpions ожила — подул ветер перемен.

Кто продаёт?

Хотя мы уже неоднократно рассказывали о смене настроя Strategy за последние несколько месяцев, эта компания остаётся крупнейшим корпоративным держателем и первопроходцем всего движения, поэтому обойти её стороной нельзя. Она начала накапливать BTC примерно шесть лет назад. После президентских выборов в США в конце 2024 года она увеличила темп и объём покупок. Рынок привык каждый понедельник слышать о новых накоплениях на многие миллионы (а порой и миллиарды) долларов.

Однако всё изменилось с небольшой продажи во втором квартале и куда более крупной в начале июля — более 3 500 единиц. Компания уже несколько недель не совершает новых приобретений, сосредоточившись на восстановлении своих долларовых резервов. С другой стороны, в последние пару недель она также не продавала. Тем не менее аналитики уверены, что первая продажа изменила всё, хотя пока очевидно, что Strategy не отказалась от биткоина.

А вот Satsuma Technologies — отказалась. Зарегистрированная в Великобритании биткоин-казначейская компания предложила продать весь оставшийся BTC, вернуть большую часть выручки акционерам, провести делистинг с Лондонской фондовой биржи и по сути ликвидировать казначейскую структуру. Компания уже продала 579 BTC в декабре прошлого года, чтобы привлечь около 50 миллионов долларов для погашения обязательств по конвертируемому займу. Теперь акционеры одобрили планы по продаже оставшихся 668 BTC.

Недавние отчёты указывают на то, что биткоин-майнеры реализовали рекордные 32 000 единиц в первом квартале года, ещё больше усилив давление на продажу.

Отдельно стоит отметить, что Джек Мэллерс на этой неделе покинул пост генерального директора Twenty One Capital, чтобы сосредоточиться на Strike. Хотя это не обязательно означает, что компания продаст свои запасы BTC, изначально она позиционировала себя как пассивного держателя биткоина.

Уход Мэллерса, который заявил о слишком больших разногласиях между ним и советом директоров, намекает на масштабную реструктуризацию. Это ещё один пример того, как крупная казначейская структура вынуждена переосмысливать, как ей создавать ценность помимо экспозиции на BTC.

Кто может последовать?

Metaplanet, которую называют азиатской Strategy, присоединилась к тренду пару лет назад и совершила несколько крупных приобретений BTC. Её акции получили колоссальную выгоду, поскольку бизнес компании преобразился. Однако обвал рынка в конце 2025 года и последовавший медвежий цикл оказались беспощадными: в какой-то момент те же акции рухнули почти на 90%. Компания на несколько месяцев приостановила покупки биткоина, прежде чем вернуться с приобретением 2 823 единиц в начале июля.

С тех пор она хранит молчание, но нет никаких признаков того, что её стратегия изменилась или что ей вскоре может понадобиться продать часть криптоактивов.

Пожалуй, наиболее уязвимы небольшие компании, торгующиеся ниже стоимости чистых активов, несущие дорогой долг, не имеющие значимой операционной выручки или сталкивающиеся с давлением акционеров, требующих высвободить их криптоактивы. Среди тех, кто выделяется, — Nakamoto Inc.: она уже продала около 5% своей позиции в BTC в марте и ещё 600 единиц в июне.

Несмотря на очевидную смену тренда, ничто из вышеперечисленного не означает, что эпоха корпоративных биткоин-казначейств завершена. Однако это ознаменовало конец периода, когда каждое казначейское объявление означало очередную покупку. Теперь доминирует неопределённость — как и рыночная фаза, но выживут, вероятно, сильнейшие компании, генерирующие операционную выручку и управляющие своими обязательствами. Слабейшим, возможно, придётся продавать и реструктурироваться.

Источник: CryptoPotato